Мужик и царь

(русская народная сказка)

Жил-был царь. Пуще всего на свете любил тот царь сказки слушать. И все ему хотелось новых да новых сказок. Придворные сказочники все сказки, какие знали, пересказали, и никто больше царю угодить не может.

 Велел царь кликнуть клич:

 — Женю на своей дочери и полцарства дам тому, кто расскажет сказку, какой я еще не слыхал.

 Охотников сыскалось много: и князья, и бояре, и генералы, и купцы — да все без толку. Только кто заведет сказывать какую сказку, а царь уж кричит:

 — Знаю, знаю, слыхал эту сказку!

 На том дело и кончится. Того жениха и прогонят.

А в том царстве жил, горе мыкал бедный мужик. Ни дома, ни хозяйства у него не было. Жил, где приведется, пил, ел, что придется. Иной день впроголодь, иной день и вовсе не евши сидел.

 Как-то раз зашел тот молодец в кабак погреться, выпить стаканчик винца. Хозяин над ним подсмеивается:

 — Что нейдешь царю сказки сказывать? Небось царевна все глаза проглядела: ждет тебя, жениха, не дождется.

 Слушает бедняк насмешливую речь, а сам думает: «Дай пойду попытаю счастья. Царским зятем мне не быть, а хоть день-другой готовыми харчами попользуюсь».

 Пришел во дворец. Царь спрашивает:

 — Зачем, мужик, пришел?

 — Хочу тебе, царское величество, сказку рассказать. Только вели сперва накормить, напоить меня.

 Царь его оглядел и усмехнулся:

 «Ну и жених! Рубаха латана-перелатана, лапти веревкой подвязаны».

 Но ничего, не отказал ему. Мужика накормили, напоили.

 Царь собрал ближних бояр да советников и приказывает молодцу:

 — Сказывай твою сказку!

 — Мой покойный родитель, — говорит мужик, — был самый богатый человек в нашем царстве. Выстроил он высокие хоромы. По крыше тех хором голуби ходили да с неба звезды поклевывали. Вот сколь высоки были те хоромы. А двор у нас был такой, что за весь летний день голубь не мог перелететь из конца в конец.

 Царь молчит, и бояре молчат, не перебивают, а мужик говорит:

 — Дальше сказывать стану завтра, после обеда, поевши пирогов да мягкого хлеба.

 И пошел на поварню ужинать.

 На другой день вечером стал он сказку продолжать:

 — И стоял у нас на дворе бык-семилеток. На одном рогу сидел у того быка пастух, а на другом — другой. Пастухи в трубы трубили, на рожках играли, песни пели, а друг друга в лицо не видали и голоса не слыхали. Вот какой был у нас бык матерый.

 Молчит царь, не перебивает, и бояре молчат.

 Сказочник поднялся и говорит:

 — Завтра сказку доскажу, а сегодня на покой пора.

 И пошел на поварню ужинать. Тут царь заговорил:

 — Что станем делать, бояре? Эдакой сказки я не слыхал, а отдавать свою дочь за мужика-лапотника не хочу. Придумайте, как сказочника обмануть.

 Князья да бояре стали думу думать. Думали-думали и придумали:

 — Скажи, царь-государь, что ты эту сказку слыхал, и мы все подтвердим: «Знаем, мол, слыхали про это». А чтобы крепче было, вели в том грамоту написать, и под этой грамотой мы все свои подписи поставим.

 На том и согласились.

 Мужик про тот сговор проведал, а виду не показывает. На другой день, как ни в чем не бывало, пришел после обеда, сел и стал сказку досказывать:

 — Была у моего покойного родителя кобылица, в три дня вокруг земли обегала...

 Князья да бояре с царем переглядываются, в бороды усмехаются, а сказочник сказывает:

 — Золота да серебра у нас были амбары доверху насыпаны. И ты, царь-государь, в ту пору занял у нас сундук золота и по сей день еще не отдал...

 Тут царь закричал:

 — Знаю, знаю!

 И князья да бояре поддакивают:

 — Знаем, слыхали эту сказку и грамоту в том подписать согласны.

 С мест вскочили, подписи под грамотой поставили. Взял мужик грамоту и говорит:

 — А коли слыхали да грамоту в том подписали, так плати долг, царское величество.

 В ту пору царь догадался:

 — Обманул меня мужик-лапотник!

 Да делать было нечего: что написано пером — того не вырубишь топором. Пришлось насыпать сундук золота.

 Мужик денежки взял и стал жить-поживать. И до сих пор живет да посмеивается.